Фото: earth-chronicles.ru
Когда в Императорской публичной библиотеке стало тесно, придумали читальный зал. И образованные люди сразу показали, из какой «шинели» они выросли.
Да, тогда открылся зал на 400 человек плюс прекрасные освещенность, вентиляция, умиротворяющая внутренняя цветовая гамма, справочное отделение, отделение для дам и далее. Пространство распахнуло двери 7 сентября 1901 года, и…
Ист. фото — nlr.ru
Из газеты «Новости Дня» от 23 сентября 1901 года: «Открытие нового читального зала в публичной библиотеке ознаменовалось курьезным инцидентом: положенные на имеющихся в коридорах умывальниках куски мыла в первый же день бесследно исчезли, по-видимому, унесенные посетителями… Варварское отношение к выдаваемым иллюстрированным сочинениям продолжается. Так, например, из прекрасного издания Шильдера «Александр I» были вырезаны большинство картинок и теперь они продаются в рамках на Апраксинском рынке».
Николай Шильдер (1842–1902). Русский историк, генерал-лейтенант. Ист. фото — historyrussia.org
В данном случае особое свинство заключалось в том, что воры-вандалы покусились на издание авторства тогдашнего директора Публички. И вот теперь, как говорится, — до кучи. Цитата современника: «Это был труд, ещё невиданный в нашей литературе в этой области; поражало богатство материала, поражало и самое исполнение».
Снимок предоставлен пресс-службой Российской национальной библиотеки. Ист. фото – из архива автора
Первое издание четырехтомника Шильдера выпустил успешный книготорговец, человек самых разных талантов Алексей Суворин. Издание было роскошным: полукожаные переплеты; золотое шрифтовое тиснение по верхней крышке; форзацы … цинкографии и ксилографии, выполненные на отдельных листах ведущими графическими заведениями Петербурга, Парижа, Вены … Вот как раз этим самым «красочным» ноги-то и приделали. Непременно купят!
А где же цветной вкладыш с картинкой? Похоже, его увели в сентябре 1901 на Апрашку. Снимок предоставлен пресс-службой Российской национальной библиотеки. Ист. фото – из архива автора.
Традиции украшать стены своего жилища уходят корнями. А шут его знает, куда. Возможно, еще во времена неандертальцев, с их пещерной наскальной живописью. Что же касается более близкого нам русского человека, на протяжении нескольких столетий неизменным атрибутом его жилища служили развешанные по стенам т. н. «народные картинки». Они же – лубок. Самая примитивная, первичная степень гравюры, обязательными атрибутами которой являются: доступность образов и красочность изображения; сопровождение рисунка текстом, написанным живым, разговорным языком, и, желательно, в стихотворной форме; массовость, широта распространения.
Лубок «Изгнание из рая», Василий Корень, XVII век. Общественное достояние. Ист. фото — rbth.ru
Изначально русский лубок носил преимущественно религиозный характер. Лубки духовного, богоугодного содержания массово изготовлялись в типографиях крупнейших русских монастырей. Часто эти картинки заменяли собой дорогостоящие церковные живописные образа, порой их размещали в красных углах изб как альтернативу иконам. С развитием новых технологий лубочные картинки взялись тиражировать уже не примитивным, «липовым» способом, а отпечатывали с рисунка на камне (литография) или с медной доски (металлография). Такие «изделия» украшали стены жилища несчастного авантюриста отца Федора, героя романа «Двенадцать стульев»: «Сейчас отцу Федору больше понравилась картинка «Яфет власть имеет». Тучный богатый человек с бородою сидел в маленьком зальце на троне…».
Ист. фото — earth-chronicles.ru
Наряду с картинками на религиозную тематику начали появляться листы светского содержания. В народе их называли «потешными». Палитра сюжетов – богатейшая: от воспроизведения мотивов пословиц и поговорок, до изображения исторических событий. Скупали всё. В итоге в доме на одной стене могли уживаться «Геенна огненная» и «бородатая девица Юлия Пострана, найденная ребенком в оврагах Сьерра-Магры, которая находится ныне в Берлине и показывается публике». Разнообразие сюжетов, рассчитанных на самые разные возрастные категории, привело к тому, что пресловутый лубок сопровождал жизнь рядового россиянина от рождения до смерти. Эти картинки очень много значили в жизни простого человека. Они – и своего рода показатель статуса (выражение «голые стены» не отсюда ли пошло), и окно в большой мир, который тебе едва ли доведется увидеть вживую (например, когда индийский правитель подарил русскому царю слона, вскоре появился лубок, на котором подавляющее большинство россиян впервые в жизни лицезрело диковинного зверя). Картинки на злобу дня заменяли газету, а из картинок с литературным, былинным или сказочным сюжетом, составлялась домашняя библиотека.
Ист. фото — old.knpam.rusneb.ru
С появлением на рынке хромолитографических картинок, изготовляемых фабрично, бизнес, связанный с несением лубочной культуры в массы, сделался исключительно прибыльным. В 1880-е годы монополистом лубка на российском книжном рынке стал известный книгоиздатель, москвич Иван Сытин, впервые начавший изготовлять лубочные издания машинным способом. Это позволило не только увеличить тиражи и улучшить качество лубочных изделий (цветовая «полифония» в 5-7 красок), но и снизить цены на продукцию. Торговцы оптом покупали новинки прямо на его фабриках и развозили – сперва по крупным рынкам и ярмаркам, а затем и по России.
Вспоминает Александр Вертинский (1889-1957, кумир эстрады): «Эти лубочные картинки обычно продавали шарманщики, бродившие по дворам, и стоили они пятачок штука, причём вдобавок ещё давалось напечатанное «предсказание судьбы». Их обычно покупали кухарки, желавшие узнать, чем же кончится их роман с пожарником или городовым, горничные и модистки, влюблённые в приказчиков галантерейных магазинов или военных писарей, знаменитых сердцеедов того времени. А картинки были ядовитые». (ист. — Вертинский «Дорогой длинною…», М., 1990)
Огромной популярностью среди простого народа пользовались картинки с портретами царей и полководцев, разного рода патриотические и героические сюжеты, а также батальные сцены, живописующие победу русского оружия. А поскольку 4-х томное издание Шильдера оказалось буквально нашпиговано подобного рода иллюстрациями, можно сказать, что оно было изначально обречено.
Ист. фото — humus.livejournal.com
Вырезанные книжные картинки появились на Апраксином рынке не только по причине близости оного к зданию Публички. Как вспоминал один книговед, до революции Апраксин рынок служил символом рыночной книжной торговли в Петербурге. Конечно, приказчики и продавцы серьезных книжных магазинов и лавок, блюдя репутацию, сомнительного происхождения товар библиотечных воришек могли и не принять к реализации. Но зато его можно было с легкостью сбыть здешним «ручникам» и «земляникам», бойко торгующим «розбитью» и «липой».*
Ист. фото — humus.livejournal.com
В наши дни сочинение Шильдера «Император Александр Первый. Его жизнь и царствование» (1-е, суворинское издание 1897-98 гг), в зависимости от комплектации, сохранности, наличия экслибрисов, дарственных надписей, пометок на полях и прочая, торгуется от 150 тысяч рублей до 30 тысяч долларов. Советуем.
Игорь Шушарин,
47news
* Ручник — продавец с рук, земляники — торговцы с земли, на развале, розбить — разрозненное, рассыпанное издание, липа — книга, незначительная по содержанию, имеющая обложку от другого, ходового издания.
Источник: 47news.ru