Берите и пишите. Как чувственная губа Жени-Женечки проглотила Олега Даля, пока он отбывал 15 суток
Фото: kino.today
Легендарный фильм «Женя, Женечка и «Kатюша»» киночиновники и высшие армейские чины обвинили в очернении образа советского солдата.
Кадр из фильма. Ист. фото — film.ru
В большой кинематограф режиссер Мотыль пришел достаточно поздно. К тому моменту, когда он засел писать сценарную заявку «Жени-Женечки», в его творческом багаже имелась лишь одна самостоятельная полнометражная киноработа — «Дети Памира» (1963), и это при том, что Владимиру Яковлевичу уже перевалило за 40. Идея нового сценария возникла после прочтения автобиографической повести Булата Окуджавы «Будь здоров, школяр» (1961). Так родился сюжет о вчерашнем школьнике, как бы сейчас сказали — «ботанике» и фантазере, который попадает на войну, в боевой расчет реактивной пусковой установки «Катюша», где у него все складывается не так и невпопад. Все, включая первую любовь.
Рассказывает народный артист России Владимир Мотыль, (1927-2010):
«Когда я написал заявку, где уже были все персонажи, я отправился в Ленинград, где в это время жил Окуджава. Когда он прочел заявку, то спросил: «А при чем тут я? У вас есть сюжет, есть характеры, беритесь и пишите». Я ему сказал: «Булат Шалвович, я поклонник вашей обруганной в печати книги «Будь здоров, школяр», мне очень понравились детали, которые вы привнесли из настоящей жизни, ведь вы были на войне, в отличие от меня. Пожалуйста, подумайте об участии в работе над сценарием. И он согласился». (ист. — lenfilm.ru)
Спонтанно сложившийся творческий союз оказался успешен – сценарий был написан всего за месяц. Вот только на «Мосфильме» его не приняли. Одна из главных претензий – трагический финал. И тогда Мотыль обратился на «Ленфильм», считавшийся по тем временам чуть более либеральным. Но и в городе на Неве сценарий приняли к производству не сразу — и здесь не обошлось без чинимых бдительными чиновниками препон и препятствий, вплоть до того, что режиссер начал всерьез подумывать об уходе из профессии. Но волею случая и благодаря особой изобретательности Мотыля, которому пришлось обить пороги множества инстанций, запуск картины все-таки состоялся. Большая часть съемок проходила в Калининграде, где еще сохранялись незалеченные руины войны, несколько эпизодов были сняты под Ленинградом — во Всеволожске и в Петродворце.
Кадр из фильма. Ист. фото — kino.today
На роль Жени Колышкина изначально пробовался 28-летний Борислав Брондуков. Но все это время Мотыль держал в голове кандидатуру Олега Даля, который очень нравился режиссеру по ролям в театре «Современник».
Сложнее пришлось с героиней. Руководство «Ленфильма» настойчиво предлагало на роль Женечки Наталью Кустинскую, пребывавшую в статусе звезды после комедии «Три плюс два» (1963). Но режиссер посчитал сексапильную блондинку далекой от задуманного им образа прожженной фронтовички. Не было в ней, по мнению Мотыля, «органической грубости воюющей связистки»: женщины, безусловно, привлекательной, но при этом «немного грубоватой внешности». В какой-то момент режиссер обратился к директору Щукинского училища с просьбой порекомендовать ему недавних выпускниц – талантливых, но доселе в актерском ремесле невостребованных. В числе таковых была названа Галина Фигловская, окончившая «Щуку» в 1965-м, с успехом дебютировавшая на «взрослой» сцене, но вскоре, по личным причинам, ушедшая из профессии.
Несмотря на огромный зрительский успех «Жени-Женечки», дальнейшая кинокарьера у Галины Фигловской не сложилась. После своей звёздной роли она снялась всего в 6 фильмах, преимущественно в ролях второго плана. Не лучше обстояли дела и в БДТ, на службу в который Фигловская поступила по личному приглашению Георгия Товстоногова — слишком уж густой была в театре концентрация звёзд… Кадр из фильма. Ист. фото — film.ru
Не без труда Мотыль разыскал Фигловскую в ее родном Калининграде. К тому времени экс-актриса, в соответствии со своим вторым, техническим дипломом трудилась инженером в местном «почтовом ящике». Галина Викторовна искренне удивилась.
Рассказывает Владимир Мотыль: «Первое, на что я обратил внимание, когда Галина предстала передо мной – на ее чувственную нижнюю губу. Я представил, как она не просто поцелует нашего солдатика, а прямо проглотит целиком».
Кадр из фильма. Ист. фото — kino.today
На еще одну заметную роль – жадного солдата Захара Косых – был приглашен начинающий киноактер Михаил Кокшенов, и созданный им образ деревенского парня-бугая привел режиссера в полный восторг: «Сто три кило весу, и ни одной мысли в глазах — цивилизация прошла мимо». Чтобы максимально вжиться в роль, Кокшенов регулярно посещал шалманы и пивнушки. Туда же нырнул и Даль. Ленинградский актер Георгий Штиль, сыгравший в фильме роль командира Колышкина, гвардии лейтенанта Ромадина, вспоминал:
«Выпивать ему было нельзя категорически. … Но в группе был один поганец, артист Кокшенов, так он Олега спаивал: «Давай наливай!». В итоге однажды напился и по пьяной лавочке нахулиганил. Забрали его в милицию и выяснилось, что при хорошем раскладе ему светит лет восемь. Мы тогда всей съемочной группой нанесли визит первому секретарю обкома партии Калининграда (там проходили съемки), еле отстояли». (ист. – «Теленеделя», 09.05.2016)
Пьяный дебош обошелся Далю в 15 суток ареста. Мотыль договорился с начальником отделения милиции, и в течение двух недель актера под конвоем доставляли на съемочную площадку. Как раз в этот период и был снят забавный и трогательный эпизод, в котором Женя Колышкин разговаривает со своей возлюбленной по полевому телефону, сидя на гауптвахте.
Кадр из фильма. Ист. фото — filmpro.ru
Популярнейший советский певец и актер, народный артист РСФСР Марк Бернес исполнил в фильме небольшую роль полковника Караваева. Причем появление в эпизодах мэтра советской эстрады было шутливо обыграно в сценарии:
– Слышь! Ты к ней не лепись напрасно. Командир полка у нее, понял? Товарищ Караваев!
– Так он же старый!
– Ха-ха! «Два бойца» смотрел?
– А при чем тут это?
— Очень просто. Полковник на киноартиста Бернеса походит. Одесса-мама, понял?..
Марк Бернес (второй справа) на съемочной площадке. Ист. фото — ru.kinorium.com
В изначальном варианте сценария Мотыля и Окуджавы в финале герой Олега Даля погибает, закрывая своим телом реактивный снаряд «Катюши», который воспламенился при бомбежке и при взрыве мог бы сдетонировать ящики с боеприпасами. Но затем родилось иное решение – любовь недотепы Жени Колышкина оборачивается трагедией, виновником которой невольно становится он сам. Такой финал оказался во многом неожиданным для зрителя, настроившегося на комедию, а также более честным и более пронзительным.
Рассказывает Владимир Мотыль: «Женя, Женечка и «Катюша» – очень субъективный взгляд на войну. У меня был тогда достаточно иронический взгляд на многие лживые картины, представлявшие войну в помпезных красках, исключительно героически-победных. И мы, в противовес этому официозу, задумали нашу трагикомедию… Она чудом прорвалась на экран». (ист. — kulturologia.ru, 21.02.2020)
В массовке в ролях немецких солдат и офицеров снимались студенты Ленинградского университета из ГДР. Зрителям особенно запомнился студент Бернт Шнайдер, сыгравший полную драматизма роль офицера Зигфрида, который в финале убивает Женечку Земляникину. После окончания ЛГУ Шнайдер вернулся на родину и более в кино не снимался. Ист. фото — filmpro.ru
Премьера фильма состоялась в августе 1967 года в московском Доме литераторов. Критики признали картину «вредной«, пресса разнесла ее в пух и прах («Мотыль и Окуджава облегченно трактуют героизм»), так что фильм запустили лишь «третьим экраном» – в маленьких ДК и в непрестижных кинотеатрах. А самое веское, самое решающее слово произнес в те непростые для режиссера дни председатель Совмина СССР Алексей Косыгин, которому Мотыль отстучал отчаянную телеграмму в 300 слов. Алексей Николаевич терпеливо досмотрел примерно до середины, после чего констатировал: «Чепуха какая-то. Но зритель смотреть будет, так что пускай этот фильм зарабатывает деньги». После этого «Жене-Женечке» немедля дали прокатную зеленую улицу.
Кадр из фильма. Ист. фото — film.ru
По опросу журнала «Советский экран» фильм «Женя, Женечка и «Kатюша»» был признан худшей картиной года. Но Григорий Чухрай пригласил Мотыля сделать «Белое солнце пустыни».
Игорь Шушарин,
47news
Источник: 47news.ru