Памятник Остапу Бендеру в Петербурге
Фото: архив Игоря Шушарина
25 июля 2000 года в Петербурге установили памятник Остапу. Считается, что внешне бронзовый Великий комбинатор очень похож на одного известного человека.
Живший в эмиграции Владимир Набоков высоко ценил творчество Ильфа и Петрова и одним из первых раскусил авторский замысел, ставший для них своего рода оберегом в сталинские 1930-е:
«Ильф и Петров, два замечательно одаренных писателя, решили, что если сделать героем проходимца, то никакие его приключения не смогут подвергнуться политической критике. Поскольку жулик, уголовник, сумасшедший и вообще любой персонаж, стоящий вне советского общества, иначе говоря, любой персонаж плутовского плана не может быть обвинен в том, что он недостаточно хороший коммунист или просто плохой коммунист».
Но даже и такой литературный прием все равно потребовал от авторов финального морализаторства. В случае с «Золотым теленком» оно как бы сводилось к нехитрому тезису о том, что главный герой глубоко просчитался, решив, что можно стать счастливым, имея много денег. Дескать, вот вам новоиспеченный миллионер, а на деле – несчастный человек, мало не изгой. Да, у Остапа Бендера было лишь два пути – либо уехать в Рио, либо обосновать персональное крохотное Рио на территории СССР. Но когда великий комбинатор с грустью констатирует «государство не считает меня покупателем, оно интересуется, каким путем заработаны мои деньги», невольно задаешься вопросом: дружище, а о чем ты раньше думал? Трудно поверить, что Остап, человек недюжинного интеллекта и с колоссальным знанием жизни, заранее не предвидел подобное.
Ист. фото — kinokakpovod.ru
Подпольного миллионера Корейко сыграл Евгений Евстигнеев. В пересчете на нынешний курс его состояние оценивается примерно в 1,8 млрд
Когда режиссер Михаил Швейцер задумал экранизировать «Золотого теленка», он уже представлял, кого хотел бы видеть в ролях Бендера и Шуры Балаганова. Разумеется, Сергея Юрского и Леонида Куравлева, ярко блеснувших в его последнем фильме «Время, вперед!» (1965). Однако по тем временам кастинг был строго обязателен, так что актерам пришлось доказывать свою состоятельность наравне с другими претендентами. И если на пробах Куравлев легко переиграл Вячеслава Невинного, то список конкурентов Юрского оказался и длиннее, и внушительнее. Тогда в Бендеры метили Николай Губенко, Александр Пороховщиков, Владимир Басов, Борис Зайденберг, Владимир Высоцкий. Среди приглашенных на пробы значился и Арчил Гомиашвили, но грузинский актер, сославшись на загруженность в театре, предложение Швейцера проманкировал. Своего Бендера он сыграет позже, в «12 стульях». В итоге режиссеру удалось отстоять перед худсоветом кандидатуру Юрского.
Бендер у Юрского получился фигурой куда более трагической, чем того желалось охочему до гэгов рядовому зрителю. Отсюда и изначально недоуменная, даже с прохладцей обывательская реакция на фильм Швейцера: мол-де, как-то не очень смешно. А все потому, что в «Золотом теленке» Юрский сыграл человека, которому нет места ни в СССР, ни за железным занавесом, в условном Рио-де-Жанейро; человека, который охотится за миллионом не с прагматической целью, а, будучи по натуре игроком, чистого искусства ради. В трактовке Юрского Бендер «хотел прожить танцуя, но это ему не удалось». И режиссер полностью разделял актерское видение роли:
«Мы не хотим издеваться над Остапом… Ведь это трагедия: жизнь растрачена впустую!».
Ист. фото — domkino.tv
Один из тогдашних рецензентов писал: «Когда смотришь на Куравлевское создание, вспоминается шутка Юрия Олеши: «Мозги были такими свежими, будто теленок не успел ими подумать»
Не менее трагичным оказался и образ Паниковского. Эту роль блистательно исполнил Зиновий Гердт. К началу съемок он отметил 50-летие, но все еще был известен лишь как актер Центрального театра кукол. Опыт работы в кино – лишь несколько эпизодических ролей. Опять же и хромоту свою, полученную в войну, использовал в создании образа исключительно удачно.
«У Ильфа и Петрова Паниковский смешон и гадок. Мне хотелось показать его иным – смешным и трогательным. Потому что это страшно не приспособленный к миру, одинокий во всей вселенной человек. – рассказывал впоследствии Гердт. – Мне было жалко Паниковского».
Эта роль сделала Гердта всесоюзно известным: на него посыпались приглашения от кинорежиссеров.
Ист. фото – kino-teatr.ru
Гердт: «Роль Паниковского навсегда испортила мне актерскую судьбу. Я не комик!»
Съемки двухсерийного «Золотого теленка» продолжались почти два года и велись в самых разных уголках Советского Союза. Сцены, связанные с Турксибом и пустыней, снимали в окрестностях туркменского городка Небит-Даг (ныне Балканабад). Места здесь по-своему красивые, неудивительно, что в будущем в этих природных декорациях будут сняты эпизоды таких, ныне культовых фильмов, как «Белое солнце пустыни» и «Кин-дза-дза». Натуру вымышленного города Арбатова отыскали в провинциальном городке Юрьев-Польский, что на Владимирщине. Город даже не пришлось гримировать под 1930-е. Как писал о нем в своей книге Сергей Юрский, «город старинный и красиво расположенный, но забытый Богом, начальством и коммунальным службами». Ну а Черноморск снимали, конечно же, в Одессе. Она запомнилась исполнителю роли Бендера прежде всего тем, что едва ли не каждый одессит считал своим долгом подойти к нему с одним и тем же предложением. А именно: «Давайте выпьем. И я вам расскажу, какого Бендера я знал и каким должен быть Бендер».
Ист. фото — avtovzglyad.ru
Николай Боярский (1922-1988) – народный артист РСФСР, родной дядя Михаила Боярского
«Антилопу гну» специально для фильма сконструировал инженер и историк автомобилестроения Лев Шугуров, занимавший в ту пору пост председателя комитета Федерации автомобильного спорта СССР. Шугуров создал своеобразный микс на колесах: двигатель, трансмиссия и рама от УАЗ-452, а задний мост – от старенького ГАЗ-А. Руль, согласно моде начала века, справа. Получившийся автомобиль внешне отличался от классического Lorraine-Dietrich. Что, впрочем, непринципиально, ибо, как сказано в романе, «порода машины была неизвестна, но Адам Казимирович утверждал, что это «Лорен-Дитрих». В виде доказательства он приколотил к радиатору автомобиля медную бляшку с лорендитриховской фабричной маркой».
Роль шофера Адама Козлевича исполнил ленинградский актер Николай Боярский – представитель знаменитой актерской династии, родной дядя Михаила Боярского. Как вспоминал о нем Юрский, «считаю, его персонаж был очень точен и интересен. Он сумел встать в один ряд с актерами, чьи роли в этой картине были наделены более острыми сюжетными линиями».
Ист. фото — kino-teatr.ru
Сергей Юрский о фильме «Золотой теленок»: «Замечаю, что нынешних поклонников романа интересует, как человек из ничего сделал миллион. А нам было интересно, как человек сделал миллион, не имея ничего»
Съемки «Золотого теленка» завершились летом 1968 года. По итогам широкого проката фильм занял 17-е место: его посмотрели почти 30 млн зрителей. В целом – неплохой результат, учитывая, что лидерами того года были такие бесспорно кассовые ленты, как «Бриллиантовая рука», «Новые приключения неуловимых», «Трембита» и «Судьба резидента». Вскоре после выхода фильма у артиста Юрского появилось хобби – он начал собирать игрушечных телят.
Игорь Шушарин,
47news
Источник: 47news.ru